Зачем идти туда, где нет людей? История «Чукотского лета» и покорения края света

«В современном мире мы можем поехать хоть куда. Но главный вопрос — зачем? Основной ответ — это люди. А точнее, их отсутствие».

Чукотка. Для большинства эта локация звучит пугающе: холодная пустыня, вечная мерзлота и ветер. Но для супругов-биологов Ии и Константина Миловидовых — это место, где земля дышит, а время замедляется.

Их история — не о покорении вершин. Она о том, как случайные кадры из экспедиции превратились в документальный шедевр, который принес им миллион рублей и заставил весь мир влюбиться в настоящий Север.

«Необходимо буквально ходить по земле ногами»

С годами Ия и Костя претерпели то, что сами называют «профдеформацией». Они больше не могут путешествовать без работы, а работать — без путешествий. В этот раз их ждала граница Чукотки и Камчатки. Пятьсот квадратных километров горной тундры, царство кедра и сыпучих разрушенных пород.

Такую территорию не изучить с борта вертолета и не проехать на вездеходе. Здесь нужно жить. Засыпать на камнях, просыпаться от крика птиц, слушать ветер и пытаться разгадать этот мир.

«Необходимо буквально ходить по земле ногами, чтобы изучить ее», — убеждены Миловидовы. И земля отвечает им взаимностью. Иногда — желанными привалами у кустов с морошкой. А иногда — неожиданными гостями.

— Это Чукотка. Смотри, какой красивый медведь… Такой пушистый.

Начать утро не с кофе, а с медведя, который пришел к вашей палатке на завтрак, конечно, — экстрим, но где такое еще найдешь? 

Алхимия полевого быта: хлеб на камнях и баня из стрейча

Комфорт в условиях тотальной автономии — это искусство. Элемент случайности превращает быт в азартную игру.

Вот Костя идет по сухому руслу реки. Третий ручей за день — снова без воды. Только огромные камни и пыль. 

Ия вглядываться в даль: «Идет так, будто несет 50 литров… или нет». 

Но он возвращается. С двумя флягами мутной воды.

— Она чистая, там ни личинок, ничего нету. Я даже из нее попил.

— Обожаю лужи, — выдыхает Ия.

Вечер. Закатное солнце обогревает горизонт. Тишина такая, что звенит в ушах. Ярник начинает желтеть. Истинное счастье.

А пока на улице темнеет, начинается магия. Миловидовы не выживают — они творят. Из камней они выкладывают подобие тандыра, внутрь ставят котелок с дрожжевым тестом и пекут хрустящий хлеб, которого так не хватало в пути. Рыбу, добытую Ией, они фаршируют грибами и запекают на углях. На десерт — бесконечные ягоды голубики.

А еще у них есть полевая баня. Натянуть стретч между ивовыми ветками, создать внутри эффект оранжереи, плеснуть воды на раскаленные камни… Гигиена? Да. Но прежде всего — это ритуал, который делает их работу неповторимой.

Главные конкуренты и научная миссия

У их полевого рая есть свои «вредители». Суслики, местные спонсоры прокусанных сапог, разгрызенных рюкзаков и облизанных до блеска баночек. С ними приходится делиться. Ведь количество снаряжения не позволяет взять большие запасы еды. Основной рацион — дары суровой, но щедрой природы. Все, что в рюкзаках, воспринимается лишь как «НЗ».

***

Но за этой романтикой скрывалась титаническая научная работа. Миловидовы отбирали пробы почв, вод и воздуха, измеряли уровень гамма-излучения, изучали флору и фауну горной тундры. Они делали то, ради чего отправились на край света.

А кино? Кино получилось случайно.

Миллион за тишину

Вернувшись из трехмесячной экспедиции, пройдя 400 километров, супруги начали разбирать отснятый материал. Они не планировали снимать фильм. Они просто хотели сохранить то, как пахнет чукотский туман, как трещат дрова в найденной бесхозной печи и как выглядит рассвет, когда ты абсолютно счастлив.

Фильм «Наше Чукотское лето» стал откровением. На фестивале «Корфест» губернатор Чукотки Владислав Кузнецов лично вручил Ие и Константину главный приз в спецноминации «Лучшее путешествие по Чукотке» — 1 000 000 рублей.

Глава региона отметил главное: «Миловидовым удалось разрушить стереотип о Чукотке как о «мертвом» и холодном крае. Через их объектив зритель увидел регион живым, теплым, полным простых радостей, трудностей и невероятной, пронзительной красоты».

Они получили миллион. Но настоящая награда осталась там, на границе с Камчаткой. В той самой воде чистой воде. В хрусте свежего хлеба, испеченного на камнях. И в той абсолютной, звенящей тишине, ради которой стоит идти туда, где нет людей.